УСПЕНСКИЙ ТРИФОНОВ МОНАСТЫРЬ — жемчужина архитектуры древней Вятки

«Архитектурный ансамбль парит над гладью речных просторов. Великолепно просматриваясь с разных сторон, он раскрывает исключительное богатство своих видовых перспектив. Свободная, живописная привязка монастырских зданий говорит о высоком мастерстве древних зодчих, удачно использовавших особенности их ансамблевого построения. Белоснежные храмы старинной обители, утопающие в изумрудной зелени летом и окруженные серебристой дымкой мороза зимой, окаймленные золотом красок осенней природы и звонкой голубизной весеннего неба, вносят романтическую ноту в архитектурно-художественный облик древнего города». Историк и краевед И.В. Берова Мое первое знакомство с Успенским Трифоновым монастырем состоялось в 1986 г. Тогда это был просто комплекс разоренных зданий. На захламленной территории в кучах мусора еще можно было увидеть разбитые древние надгробия, здесь же почему-то слонялись худые дворняги. Было тихо и удивительно спокойно. Однако со мной, человеком не религиозным, происходила странная метаморфоза. Душа, опустошенная повседневной суетой, наполнялась чем-то непостижимым и светлым.

Начало строительства монастыря

К концу XVI столетия город Вятка, основанный в 1374 г. новгородскими ушкуйниками, стал форпостом продвижения русского государства на Урал и в Западную Сибирь. В крае расширялись посевные площади, росло поголовье скота. Вятка поставляла хлеб для служилых и ратных людей на присоединенных к Московскому государству новых землях. Выгодное экономическое положение города не осталось незамеченным для влиятельного дома уральских промышленников Строгановых. В качестве проводника своих интересов ими в Вятку (тогда город назывался Хлыновым) был послан инок Спасского Пыскорского монастыря, Трифон (в миру Трофим). Сам Трифон никакого отношения к Вятскому краю не имел. Он родился в 1546 г. в городке Мезень (недалеко от Архангельска) в семье зажиточного крестьянина и в молодости вел юродствующий образ жизни. Со Строгановыми Трифон познакомился в городке Орлове Пермского края. По их же рекомендации постригся в монахи Спасского Пырского монастыря, созданного Строгановыми в верховьях реки Камы. В 1680 г. Трифон прибывает в Вятку и предлагает местным жителям устроить «святую обитель». Почему никому не известный ранее инок так «показался» местным богатеям, неизвестно. Из летописей следует только лишь то, что решением Земского Собрания именитых граждан Трифону была передана челобитная для вручения царю Иоанну Васильевичу (Иван IV), подписанная всеми пятью городами вятской провинции, «чтобы государь пожаловал, а преосвященный митрополит благословил… к созданию монастыря и о устроении его». В челобитной вятчяне писали, что «города местные от московских удалены и негде вятским людям постригаться, и не от кого принять перед смертью иночества», и просили великого государя дать для нового монастыря место, «…а излюбили есте в строителя Пыскорского монастыря постриженного старца Трифона…». В Москве у Трифона нашлись весьма влиятельные покровители – бояре Бельские, Романовы и Черкасские, они обеспечили ему «прохождение бумаг» и милость государя. Уже 21 июня 1580 г. царь Иван IV (1530-1584) торжественно вручил 34-х летнему «старцу Трифону» грамоту об отводе под монастырь старого городского кладбища с двумя ветхими церквами во имя Успения Пресвятой Богородицы и Александрийских чудотворцев Афанасия и Кирилла. Вместе с грамотой царя старцу была вручена патриашия, гарантирующая ему неприкосновенность от действий местных властей (в «монастырь к ним въездати никому и до крестьян монастырских дела нет никому же и под суд ходите, а судимы они в Москве»). Сам Трифон был возведен в сан иеромонаха и утвержден в должности строителя. Теперь пришло время старца показать аборигенам, на что он способен. Не прошло и года, как на местности, известной под названием «Балясково поле», поднялась деревянная Благовещенская церковь – храм состоял из двух срубов: высокая клеть основного помещения и низкая широкая трапезная с притвором. Трифон попросту перевез в Вятку на плотах заброшенную церковь из города Слободского, разобрав ее за сутки нанятой им артелью (в 1728 г. на том же месте построена каменная Благовещенская церковь).

Монастырь быстро рос, превращаясь в крупное феодальное владение, а с ним и увеличивалось влияние Трифона в крае. В 1586 г. он решил выстроить на новый обширный собор в честь Успения Богоматери. Заручившись поддержкой местного воеводы Василия Овцина, старец без особого труда собрал с Вятских богатеев необходимые пожертвования и в 1588 г. местные зодчие срубили в монастыре деревянную церковь, поразившую современников причудливостью своих форм. Для непритязательного (и по сей день!) населения Вятки его архитектурный замысел стал откровением. Свои деревни с угодьями в Специнском стану пожертвовал монастырю Василий Овцин, он же покрыл главу Успенского собора белым железом. Засвидетельствовали свое уважение монастырю и многие другие влиятельные люди края и России. Иван Грозный «безданно и безоброчно жалует селами, деревнями с людьми, озерами и пашнями, лугами и денежными средствами. В знак особого благоволения 12 подвод с книгами, иконами, ризами и разной церковной утварью, отправил в дар монастырю царь Федор Иоанович (1557-1598). Дозорная книга городового приказчика Федора Рязанцева, составленная в 1601 г. свидетельствует, что: «Монастырь имел четыре деревянных храма: 1. Соборный Успенский, шестиглавый, круглый седмипрестольный… 2. Благовещенский – четырехугольный, клецки, однопрестольный. 3. Иоана Предтечи и Преподобного Сергия четырехугольный с трапезою и келарскою, двуглавый с двумя престолами. 4. Никольский круглый, построенный на столбах над святыми монастырскими воротами, однопрестольный». С восточной стороны Успенского собора стояла деревянная часовня над ключом, которую строил сам старец. В центре монастырской территории возвышалась на 4 столбах колокольня с 8 колоколами, крытая шатром. По периметру монастырь был обнесен деревянной оградой, имевшей с северной стороны два входа, из которых один назывался Святыми вратами. В глубине монастыря размещались настоятельские и братские кельи, погреба, житницы, поварня с хлебнею и квасовария с двумя большими медными котлами. На рубеже XVII столетия за монастырем числилось 24 тыс. крестьян, выплачивающих оброк монастырю. Ризницы хранили весьма дорогие вещи: золотых окладах и усыпанные жемчугами и каменьями, богато оформленные рукописные книги, церковная утварь. Однако звезда самого Трифона закатилась. Источники, освещающие это событие, очень скупы на подробности, но, несомненно, что «старец» втянулся в политические игры того времени и оказался в числе проигравших. Прострогановская политика Трифона была сразу разгадана местной посадской верхушкой, однако пользовавшийся поддержкой весьма влиятельных в Москве княжеских родов и местного воеводы, Трифон почти 20 лет был им «не по зубам». Серьезные неприятности у Трифона начались только после прихода к власти Бориса Годунова в 1598 г. Род Романовых был заподозрен в попытке «извести царский род», репрессирован и сослан в Вятский край. В числе сосланных бояр был даже отец будущего царя, Михаила Федоровича. Попали опалу и другие покровители старца – бояре Бельские и Черкасские. Подозрительный Годунов (1552-1605) заподозрил Трифона в связи с Романовыми и назначил полную ревизию всего монастырского хозяйства под началом усердного Федора Рязанцева. Трифон не стал дожидаться ее результатов (они, как он и ожидал, оказались для него очень неблагоприятными) и поспешил уехать из Хлынова в Сольвычегорск под защиту своего другого могущественного покровителя, Никиты Григорьевича Строганова. Его дальнейшим гонениям способствовали слухи о каких-то неясных связях с самозванцем – «вором Гришкой Отрепьевым» (убит в 1606 г.). По одной из версий, Трифон познакомился с ним в московском Чудовом монастыре, по другой – будущий самозванец был послушником Успенского монастыря. На освободившуюся вакансию архимандрита Хлыновского Успенского монастыря был назначен Иона Мамин, выходец из московских дворян. Власть в России вновь поменялась, Романовы из изгнанников стали правящей династией. Тот же Иона Мамин был в числе участников земского собора 1613 г. и подписал «список избрания на царство» Михаила Романова. Однако Трифон не воспользовался поражением своих врагов и возвышением друзей, он уже был стар и болен, через год старец умер. После смерти Трифона началось его прославление как святого. Уже во времена архимандрита Ионы Баранова, был написан образ «Трифона Вятского» (1692-1695), деталью которого является рисунок, изображающий кремль Хлынова с его храмами, палатами и стенами. Это единственный дошедший до нас вид города конца XVII столетия. Тогда же преподобный Трифон Вятский был канонизирован.

Монастырь после Трифона

Все XVII столетие было периодом расцвета монастыря. Значительные средства, накопленные за счет обширного монастырского хозяйства и частных вкладов, позволяли монастырским властям не только в сравнительно короткие сроки восстанавливать постройки после пожаров, но и начать дорогостоящее каменное строительство. По заказу архиепископа Вятского и Великопермского Ионы Баранова 26 мая 1684 г. был заложен каменный Успенский собор. Через 5 лет собор был освящен. В 1690 г. туда были торжественно перенесены мощи святого Трифона и над могилой установлено богатое надгробие – серебряная рака. Здесь же хранится рукописное евангелие, переписанное им самим, посох и вериги преподобного. До 1742 г. сформировался каменный архитектурный ансамбль монастыря, сохранившийся в основных своих чертах и по настоящее время. Сложные времена начались у монастыря с воцарением Петра Первого. По его указам монастырские мельницы и рыбные ловли были определены в Государственную казну, «остаточные» же деньги предписывалось отсылать в Сибирский приказ. В 40-е годы XVIII столетия монастырь обязывают выплачивать большие налоги в Коллегию Экономии. По монастырским вотчинам прокатилась волна восстаний. Что уменьшило поступление в казну оброка. Большой урон монастырю нанесли реформы Екатерины II в области церковного управления и пожары 1700, 1752 и 1770 гг. Большая часть угодий монастыря была объявлена государственной собственностью, монастырь был зачислен в 5-й штат второго класса с точно определенным числом служащих и угодий. Его материальное положение во второй половине XVIII столетия ухудшилось настолько, что пришлось при вратах монастыря и в церквах во время службы открыть сбор пожертвований на содержание штата. С воцарением императора Павла Петровича (1796), указом Синода монастырю были возвращены его лучшие земли и дарованы льготы. Особенно поспособствовал возрождению и процветанию монастыря деятельный и энергичный архимандрит Амвросий (средина XIX столетия). Значительные доходы, полученные в этот период, позволили монастырю проводить работы по реконструкции зданий, благоустройству территорий и ремонту монастырских построек. В 1912 г. историк К. Селивановский так описывал Успенский ансамбль: «Кто бывал в Монастыре, тот ныне приятно будет поражен тем благоустройством и порядком, какие ныне царствуют в обители преподобного Трифона. Здания монастырские реставрированы, перекрыты, а то и вновь покрыты железом. Монастырский двор своею чистотой и благоустройством производит самое приятное впечатление».

После революции 1917 г. монастырь был разорен. Восстановительные работы начались в средине 1950-х гг. и с перерывами продолжаются до настоящего времени. С 90-х гг. ХХ столетия, после его передачи во введение Вятской епархии, реставрационные работы значительно активизировались и ведутся с привлечением известных мастеров. К настоящему времени восстановлен первоначальный исторический облик монастыря

Архитектурные памятники

1. Успенский собор (1684-1689); 2. Никольская надвратная церковь (1690-1695); 3. Колокольня (1714); 4. Трехсвятительская церковь (1714); 5. Благовещенская церковь (1728); 6. Настоятельский корпус (1719); 7. Братский корпус (1742); 8. Северо-восточная башня (1742); 9. Северо-западная башня (1742); 10. Монастырская караульня (1740); 11. Братские кельи, в которых располагалась семинария (1764); 12. Юго-западная башня (1774-1775); 14. Монастырская поварня (1769); 15. Часовня (1684); 16. Пансион для воспитанников семинарии и духовного училища (1856); 17. Летний дом настоятеля (1849). Успенский собор возводился под руководством московских зодчих по примеру Успенского собора Московского кремля (1684-1689) и в соответствии с указом патриарха Никона о регламентации церковной архитектуры.

Назначение храма - быть главным монастырским зданием, определило его тип: пятиглавый, четырехстолпный. С тремя полукружиями апсид – тип, освященный традицией. Весь внешний облик собора с трехчастным членением стен легкими лопатками, дугами полуциркульных закомар и пышным пятиглавьем создает впечатление спокойного и величавого массива. Контуры которого привлекают внимание верующих выразительной простотой своих лаконичных линий. Боковые главы, несколько сдвинутые от углов к центру храма, равномерно группируются вокруг массивного центрального купола на широком барабане, грузно венчая монументальный четверик. Окна расположены симметрично и строго, гладкие и широкие лопатки, соответствующие конструктивной структуре собора, членят фасады на три прясла, оставляя большие поля ничем не украшенных плоскостей стен. О принадлежности храма XVII столетию свидетельствуют: характерное завершение наличников трехлопастными кокошниками изящного профиля; мелкий декор, набранный из лекального кирпича; нарядный карниз, состоящий из тяг, ширинок, ряда поребрика. Никольская надвратная церковь (1690-1695) построена московскими мастерами. Отмечается стилевая общность с Успенским собором, но Надвратная церковь более нарядна. Над средней частью храма был устроен зал для монастырской библиотеки. Над проезжими вратами располагались образы преподобного Трифона, со стороны двора – Архистратига Михаила. Храм фланкируется корпусами настоятельской и братской келий, что придает торжественность главному въезду в монастырь. Широкая арка подклетного этажа ведет во внутренний парадный двор монастыря.

Трехсвятительская церковь построена местным мастером в 1718 г. после пожара 1700 г., уничтожившего почти все деревянные постройки монастыря. По архитектурному замыслу – бесстолпный, двусветный четверик, перекрытый четырехгранным сомкнутым содом, с востока дополнен полукружием аспид. С запада к храму примыкали высокие больничные кельи (разобраны по причине обветшания в конце XVIII столетия). Многообломный карниз отсекает от стен четверика круглые дуги скульптурных закомар; тройные полуколонки, разделенные уступчатым выступом, отмечают углы объема; каждый наличник имеет свою, только ему присущую композиционную «затею». Уступчатые рамы, пышные наличники, набранные из точеных балясинок, витых жгутиков, розеток, колонок, всевозможных валиков и полочек зрительно расширяют окна, заполняя всю плоскость стены. С начала XIX столетия, церковь была отведена для церковных служб по воскресным и праздничным дням.

Благовещенская церковь располагается к юго-западу от главного собора монастыря. Выстроенная за центральной площадью ансамбля, она придает многоплановость и глубину всей живописной группе основных монастырских сооружений и как бы отделяет официальную парадную часть ансамбля от внутренней монастырской территории, занятой кладбищем и хозяйственными постройками. Архитектура частично была заимствована с древнего, деревянного храма, привезенного Трифоном из Слободского (эффектная «курма» с главкой в завершении, украшавшая деревянную церковь, была воспроизведена на каменном храме с незначительными изменениями). Церковь, по первоначальному замыслу ее строителей, представляла собой массивный двухсветный четверик, перерытый четырехгранным куполом. Кубоватая форма храмовых завершений заимствована с северных регионов страны. Криволинейная форма подобного венчания усиливала выразительность храма, вносила сказочность в трактовку его силуэта. На фасадах храма сохранилась широкая лента богатого карниза, однако в целом Благовещенская церковь является памятником переходного периода, совместившего в себе причудливое «узорочье» допетровской эпохи и скромные элементы петровской архитектуры. Башни монастыря всего их четыре, строились в качестве композиционного приема, который позволял бы усилить живописность монастыря, шатры башен зрительно притягивали горизонтали монастырских стен к некому высотному центру.

Монастырский сад располагался вдоль западной стены, когда посажен, неизвестно. В 1774 г. его огородили решетчатой оградой с двумя калитками, позднее он разросся в великолепный парк. В начале XIX столетия парк получил регулярную планировку (три параллельные аллеи пересекали продольные линии зеленых насаждений). Никодим Казанский вспоминал: «От Настоятельского корпуса далее по той же линии сад, шириною 17 саженей, длиною более 60. Он прислонился к стене. Сад старинный. Тут две беседки, из коих одну можно назвать хорошеньким домиком». В настоящее время на территории монастыря нет ни малейших следов существования здесь когда-то в прошлом сада. Святой источник – находится на восточной окраине монастыря. Происхождение его следующее. В 1804 г. ремонтировалась часовня над колодцем, который рыл сам Трифон. Тогда к источнику «в часовенный кладез» были проведены выдолбленные из бревен трубы для незамерзания воды в зимнее время. Часовня представляла собой оригинальный комплекс из двух площадок, расположенных на разных уровнях и соединенных лестницей из 16 ступенек. К часовне примыкал крытый ход. В средине 1990-х гг. часовня была заботливо восстановлена. В емкость, в которую вытекает из под часовни вода, местные жители бросают монеты. Считается, что если при этом загадать желание, то оно обязательно исполниться.

Однажды я увидел, что на двери Успенского собора нет замка, я толкнул ее и сделал несколько шагов, глаза постепенно привыкли полумраку. Вдоль стен стояли строительные леса, среди них толпились бедно одетые люди, в основном женщины и дети, на небольшой площадке в центре храма шла служба. У меня возникло ощущение того, что это все уже было и не один раз и не только здесь. Что именно с этого и восстанавливалась всегда Великая Русь .

Рекомендуемая литература

Авдеева В. Г. с соавт. Очерки истории Кировской области. - Киров, 1972. Берова И. В. Прогулки по старой Вятке. - Киров, 1995. Берова И.В. Ансамбль Вятского Успенского Трифонового монастыря. История, архитектура, живопись в свете последних исследований. – Киров, 1989 (наиболее обстоятельное исследование по данной теме: 16 рисунков и схем, 16 фотографий, библиография – 55 источников; Берова Ирина Валентиновна – искусствоведческая специализация – вятское каменное зодчество XVII - XVIII веков) Житие преподобного Трифона и блаженного Прокопия, вятских чудотворцев (составил монах Стефан). - Киров, 2002 (с издания 1893 г.). Любимов В. В. Вглядываясь в лица домов. - Киров, 1995. Низовский А. Ю. Самые знаменитые монастыри и храмы России. - М., 2001. Повесть о стране Вятской. Свод летописных известий о Вятском крае. - Киров, 1993.

Словарь терминов строителей монастырей

Апсида — полукруглый или граненый выступ с восточной стороны храма (для алтаря) Бочка - килевидная форма кровли. Восьмерик - часть здания, имеющая в плане восьмиугольник. Закомара — полукруглое завершение наружных стен церковного здания (обычно соответствует форме внутреннего свода). Курма — кубовая форма завершения храма. Лемех —деревянная черепица. По форме напоминает лемех плуга. Лопатка — вертикальный выступ на каменной стене. Луковица — покрытие церковной главы, по форме напоминает луковицу. Подклет — нижний этаж, обычно хозяйственного назначения. Портал — архитектурно обработанный вход в здание. Придел — малый храм, «приделанный» к основному зданию или устроенный внутри него. Палатка — вспомогательное помещение храма. Ризалит — часть здания, выступающая за линию фасада. Розетка — лепное или вытесанное в кирпиче украшение в виде расходящихся из центра листьев. Рундук — крытая площадка наружной лестницы. Сандрик — архитектурное украшение над оконным проемом на фасаде здания. Свод — перекрытие, имеющее в разрезе криволинейное очертание. Различают своды цилиндрические, коробовые, крестовые и т.д. Тимпан — внутреннее поле стены, закомары. Трапезная — пристройка с западной стороны церкви. Четверик - прямоугольная или квадратная в плане часть здания. Супотницкий М. В. Жемчужина древней Вятки // VITA. Традиции. Медицина. Здоровье. - 2003. - № 6. - С. 4 - 7.

• Трифонов Монастырь
• Вятка
• Киров