Первичный антигенный грех (интервью с журналистом А. Морозовым)
Автор:Михаил Васильевич Супотницкий
Иммунная система человека и ВИЧ не являются врагами
В последнее время в СМИ появились заявления ряда высокопоставленных российских ученых о создании отечественной вакцины против ВИЧ. Речь идет чуть ли не о грядущей победе над СПИДом. Мы обратились за комментарием к специалисту по истории эпидемий, кандидату биологических наук, автору фундаментальных монографий «Очерки истории чумы» (М., 2006) и «Микроорганизмы, токсины и эпидемии» (М., 2000) Михаилу Супотницкому.
— Михаил Васильевич, в конце сентября в Госдуме РФ состоялся круглый стол по проблеме создания вакцины против ВИЧ/СПИДа. Тон выступления участников — оптимистичный: вакцина чуть ли уже не создана или по крайней мере готова к клиническим испытаниям. Вы разделяете этот оптимизм?
— Нет. Мне за выступавших на упомянутом вами круглом столе даже неудобно.
— Почему?
— Кроме того, «что ВИЧ постоянно меняется», мы так и не услышали на этом мероприятии ничего нового о борьбе с этой пандемией в России. Ее понимание участниками круглого стола не вышло за пределы представлений об инфекционном и эпидемических процессах, сложившихся еще в начале ХХ столетия.
— Но антитела к ВИЧ действительно образуются. Они могут нейтрализовать вирус, если будут нацелены на его консервативные последовательности? Так, по крайней мере, говорилось на упомянутом выше круглом столе в Госдуме.
— «Нейтрализующими» антитела бывают только в эксперименте в условиях in vitro (в пробирке). В организме человека они ведут себя более сложно.
— Что это означает для разработчиков ВИЧ-вакцин?
— Очень небольшой выбор антигенов для конструирования вакцин. У людей, инфицированных ВИЧ, обнаруживают антитела практически ко всем белкам вируса — и к структурным, и к регуляторным — ну и что? Основной-то антигенный раздражитель иммунной системы — это оболочечный шип ВИЧ.
До 90% всех обнаруживаемых у ВИЧ-инфицированного человека антител направлены как раз на один из его участков, называемый доменом V3. У домена есть консервативная последовательность — корона. К ней и образуются антитела, обладающие «широким нейтрализующим действием».
— Тогда чем плоха идея получения антител к таким участкам?
— Не спешите с выводами. Мысль эта формально логически верна только для студента, перед экзаменом зазубрившего лекции по иммунологии. Основные представления об иммунных ответах на возбудители инфекционных болезней сложились при исследовании иных микроорганизмов, чем ВИЧ, а именно вызывающих циклические инфекционные монопроцессы. Вот они и «кочуют» из учебника в учебник.
Специфические антитела действительно блокируют возбудитель натуральной оспы, но не ВИЧ. В организме человека антителами ВИЧ не только не нейтрализуется, но еще и распространяется по клеткам иммунной системы — макрофагам. Это проявление феномена антителозависимого усиления инфекции, о чем, кстати, известно уже лет 20. А вот основную роль в реализации этого феномена в организме человека (in vivo) как раз и играют антитела к домену V3, в условиях эксперимента «в пробирке» (in vitro) обладающие «широким нейтрализующим действием».
— «Для чего» же ВИЧ постоянно меняется?
— Здесь речь идет о малоизученных природных феноменах. Кроме того, что ВИЧ сам подвержен мутациям, его еще «принуждает» меняться иммунная система человека. Низкие концентрации вируснейтрализующих антител усиливают инфекционность вируса благодаря феномену антителозависимого усиления инфекции.
Но как только их уровень достигает определенного порога, под давлением этих же антител селекционируется вариант вируса, способный избегать их нейтрализующего действия. Цикл многократно повторяется на протяжении жизни ВИЧ-инфицированного и больного СПИДом.
— Этот процесс хаотичен?
— Нет. Его цель — накопление более опасного варианта ВИЧ — X4. Он очень активно «осваивает» клетки иммунной системы. Процесс накопления вариантов вируса X4 достигает максимума к концу асимптоматического периода болезни. Когда болезнь вступает в стадию СПИДа, то и разнообразие вариантов вируса идет на убыль. Это звучит очень непривычно, но ВИЧ и иммунная система человека не являются врагами.
— Получается, что иммунная система человека не только не сопротивляется ВИЧ, но и способствует его выживанию?
— Если посмотреть как бы «суммарный вектор» ее «ответов» на ВИЧ, то так оно и есть. Причина тут в следующем. ВИЧ — это ретровирус. Ретровирусы и подобные структуры составляют 45% нашего генома.
Эволюционная история иммунной системы также «делалась» ретровирусами. Образно говоря, они «создали» иммунную систему позвоночных «под себя». Поэтому она не только не может с ними бороться, но еще играет какую-то не совсем понятную нам роль в их эволюции. В доступном нам восприятии времени этот процесс среди вида Homo sapiens понимается нами как ВИЧ/СПИД-пандемия.
— Но вакцина-то и должна предотвратить этот инфекционный процесс…
— Каким это образом произойдет, когда первыми в контакт с ВИЧ вступают фагоцитирующие клетки? ВИЧ проникает в них и дальше либо интегрируется с их геномом, либо тихо там живет как эндосимбионт. А с антителами начинает взаимодействовать тогда, когда у части макрофагов вирус начинает размножаться…
— И тогда срабатывает феномен антителозависимого усиления инфекции?
— Срабатывает. И не только он. У вакцинированных людей проявится еще один феномен — первичного антигенного греха. Его суть в том, что иммунная система человека, иммунизированного одной антигенной детерминантой (первой), позже экспонированной к другому антигену (второму), имеющему структурное сходство с первой детерминантой, отвечает не на вторую, а на первую.
Феномен впервые показан на примере вируса гриппа в середине 1950-х годов. Для ВИЧ он известен с 1991 года. В экспериментах на шимпанзе, иммунизированных оболочечным белком ВИЧ, ВИЧ-инфекция все же развивается, при том что иммунная реакция на ВИЧ у них наступает быстрее, чем у невакцинированных животных. Вот только не на тот штамм, которым инфицировали животное, а на тот, антигеном которого его вакцинировали.
— Но ведь это тупик…
— Правильно, поэтому отечественные имитаторы разработки ВИЧ-вакцин никогда не вспоминают об этом феномене, даже тогда, когда предлагают волонтерам принять участие в благородном деле — испытании ВИЧ-вакцин.
— Но, может быть, ими предложены какие-то оригинальные подходы к созданию ВИЧ-вакцин?
— Это вы с издевкой говорите? Какие могут быть «оригинальные подходы» при таком однообразии мысли? Вот американский патент № 4772547 с датой приоритета аж от февраля 1986 года. В качестве антигена для ВИЧ-вакцин заявляются консервативные белки ВИЧ.
Входящий в разрекламированный «Вичрепол» оболочечный антиген gp41 заявлен в 1985 году — международная заявка 87/02775 и европейская 0227169; а внутренний белок р24 заявлен как антиген для ВИЧ-вакцин в 1988 году — международная заявка 89/06276. Дальше не хочу продолжать.
— Судя по датам, даже срок действия этих патентов истек. И сколько так можно «изобретать» ВИЧ-вакцины?
— Сколь угодно долго, и каждый раз можно начинать с чистого листа, лишь бы давали деньги из бюджета. Появился новый иммуностимулятор — прилепи или добавь его к очередному «актуальному антигену», и ВИЧ-вакцина готова. Осталось придумать серьезное название. Например, «конъюгированная синтетическая на основе CpG-олигодезоксинуклеотидов». А на выходе все равно будут только антитела у мышей — вот такой маркетинг получается.
— То есть вы хотите сказать, что ВИЧ-вакцина никогда не будет создана?
— Как препарат, способный предотвращать инфицирование людей ВИЧ, — нет, не будет. Флакончики нам будут еще пока показывать и говорить, что вот, мол, вакцину сделали, «не имеющую аналогов в мире». Остальные детали нам ни к чему, и особенно чиновникам, выделяющим на это деньги налогоплательщиков. Порочный круг безграмотности и безответственности!
— Я помню вашу позицию по птичьему гриппу два года назад. Вы выступили тогда открыто против профанации этой проблемы. С ВИЧ-вакциной имеет место нечто подобное?
— Меня и самого тогда это удивило. Маститые деятели нашей науки на полном серьезе публично заявляли о возможности перехода птичьего гриппа в «испанку», и «тогда миллионы погибнут». Но ничего не произошло, так как эти события — пандемия гриппа «испанки» 1918–1920 годов и эпизоотии птичьего гриппа — не связаны друг с другом. Да и «маститость» таких деятелей от науки оказалась обманом зрения. Складывается впечатление, что собственная научная репутация их тогда интересовала меньше всего. У государства надо было «отслюнявить» деньги, вот и «отслюнявили».
Но ВИЧ-вакцина — это не просто тупик в развитии нашей науки. Речь-то уже идет о судьбах миллионов людей, которые сломает в ближайшие десятилетия этот вирус из-за тупиковости навязанных нам Западом и нашими «вакцинаторами» подходов к борьбе с ВИЧ/СПИД-пандемией.
На момент принятия удивительного Закона «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека» в 1995 году в стране была тысяча зарегистрированных ВИЧ-инфицированных, сегодня их почти 400 тысяч. И что он предупредил? «Лысенковщина» сталинского времени — детская забава по сравнению с профанацией науки субпассионарными лоббистскими группами нынешней России.
— Ну и что делать?
— Прежде всего нам необходимо пересмотреть базовые представления об инфекционных и эпидемических процессах, так как ВИЧ/СПИД-пандемия — это иное природное явление, чем те пандемии, в отношении которых мы добивались некоторых успехов в ХХ столетии. Новый пандемический процесс не носит циклического характера и фактически необратим.
Надо признать то, что мы потерпели поражение в борьбе со СПИДом, пользуясь опытом, накопленным для борьбы с оспой, чумой и другими циклически развивающимися инфекциями. Тогда у нас появится возможность объективно оценить адекватность применяемых противоэпидемических мероприятий реалиям ВИЧ/СПИД-пандемии и предложить мероприятия, соответствующие именно этой пандемии, а не какой-то другой.
Супотницкий М. В. Первичный антигенный грех // Независимая газета. — 2007. — № 267, 12 декабря.
В продолжение темы см. Почему нельзя создать вакцину против ВИЧ/СПИДа