Оспа Аляски на фоне новых ортопоксвирусных инфекций

Федеральное государственное бюджетное учреждение «27 Научный центр имени академика Н. Д. Зелинского» Министерства обороны Российской Федерации,
111024, Российская Федерация, г. Москва, проезд Энтузиастов, д. 19, e-mail: 27nc_1@mil.ru

Ранее неизвестный вирус из семейства ортопоксвирусов (Orthopoxvirus, OPXV) вызвал серию оспоподобных заболеваний среди жителей Аляски. Пациент с иммунодефицитом умер на фоне генерализованной инфекции, по клинике сходной с натуральной оспой. Вирус получил название — вирус оспы Аляски (Alaskapox virus, AKPV).

Цель исследования — обобщить имеющуюся информацию о природе и опасности для людей AKPV и его эпидемическом значении в контексте других активизировавшихся ортопоксвирусов.

Материалы и методы исследования. Использовались англоязычные источники, доступные через базы данных PubMed и Google Scholar. Анализ информации проводился от частного к общему. Рассматривались биологические и другие свойства AKPV в сопоставлении с аналогичными у известных OPXV.

Обсуждение. AKPV относится к OPXV Нового Света, но имеет тесные филогенетические связи с OPXV Старого Света. Клиника болезни, вызванной AKPV и другими OPXV, имеет ряд общих симптомов, обобщенно называемых ортопоксвирусным синдромом. Он характеризуется начальным продромальным периодом в виде лихорадки, недомогания, головной боли, миалгии и, реже, тошнотой и рвотой.

После инкубационного периода продолжительностью от 10 до 14 сут, в течение недель на фоне лимфаденопатии происходит последовательное образование пятен, папул, везикул, пустул, язв, сухих корок и депигментированных рубцов. У иммунодефицитных больных OPXV могут вызывать смертельную инфекцию, напоминающую натуральную оспу.

При обнаружении у пациента данного синдрома необходимо предполагать OPXV-инфекцию и далее вести пациента в соответствии с методическими рекомендациями МР 3.1.0291-22. Также существует риск использования любого обнаруженного OPXV в качестве источника генов для модификации в направлении «усиления функций» других патогенов или для имитации эпидемий и пандемий.

Заключение. Проникновение AKPV в популяцию людей является частью процесса активизации природных очагов OPXV. Филогенетическое положение AKPV говорит о том, что он может иметь природные резервуары не только на Аляске, но и в зоне бореальных лесов России от Камчатки до Карелии. Искусственное глобальное распространение оспы обезьян малоконтагиозной клады WA показывает, что технологии социальной инженерии в сочетании с глобальной пропагандой позволяют имитировать пандемии OPXV даже с помощью тех их видов, которые считались неспособными к такому распространению.

Ключевые слова: Аляска; бореальная оспа; зооноз; вирус оспы Аляски; ортопоксвирус; полуостров Кенай; оспа обезьян; филогенетика; Фэрбенкс.

Для цитирования: Супотницкий М. В. Оспа Аляски на фоне новых ортопоксвирусных инфекций. Вестник войск РХБ защиты. 2024;8(2):122–134. EDN: wjbzqr.

https://doi.org/10.35825/2587-5728-2024-8-2-122-134

Прозрачность финансовой деятельности: автор не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.

Конфликт интересов: автор является заместителем главного редактора журнала (с 2017 г.). Это не повлияло на процесс рецензирования и окончательное решение.

Финансирование: федеральное государственное бюджетное учреждение «27 Научный центр имени академика Н. Д. Зелинского» Министерства обороны Российской Федерации (27 НЦ МО РФ).

Поступила 13.06.2024 г. После доработки 23.06.2024 г. Принята к публикации 27.06.2024 г.

Alaskapox amid New Orthopox Viral Infections
Mikhail V. Supotnitskiy

27 Scientific Centre Named after Academician N. D. Zelinsky of the Ministry of Defence of the Russian Federation. Entuziastov Passage, 19, Moscow 111024, Russian Federation, e-mail: 27nc_1@mil.ru

A previously unknown virus from the orthopoxvirus family (OPXV) caused a series of smallpox-like diseases among the inhabitants of Alaska. A patient with immunodeficiency died from a generalized infection similar to smallpox. The virus was named Alaskapox virus (AKPV).

The aim of the study was to summarize the available information on the nature and danger to humans of AKPV and its epidemic significance in the context of other activated orthopoxviruses.

Materials and methods. English-language sources available through the PubMed and Google Scholar databases were used. The information was analyzed from the specific to the general. The biological and other properties of AKPV were compared with those of known OPXV.

Discussion. AKPV is related to New World OPXV, but is closely related to Old World OPXV. The clinical picture of the disease caused by AKPV and other OPXVs has a number of common symptoms, collectively called orthopoxvirus syndrome. It is characterized by an initial prodromal period in the form of fever, malaise, headache, myalgia and, less commonly, nausea and vomiting. After an incubation period of 10 to 14 days, macules, papules, vesicles, pustules, ulcers, dry crusts and depigmented scars develop over the course of weeks against the background of lymphadenopathy. In immunocompromised patients, OPXVs can cause a fatal infection resembling smallpox. If this syndrome is detected in a patient, OPXV infection should be assumed and the patient should be managed according to the guidelines of MP 3.1.0291-22. There is also a risk of using any detected OPXV as a source of genes for gain-of-function modification of other pathogens or for simulating epidemics and pandemics.

Conclusion. The penetration of AKPV into human populations is part of the process of activation of natural foci of OPXV. The phylogenetic position of AKPV suggests that it may have natural reservoirs not only in Alaska, but also in the boreal forest zone of Russia from Kamchatka to Karelia. Artificial global spread of monkeypox of the low-infectivity WA clade shows that social engineering techniques combined with global propaganda can simulate OPXV pandemics even with species thought incapable of such spread.

Keywords: Alaska; Alaskapox virus; Borealpox virus; Fairbanks; Kenai Peninsula; monkeypox; Orthopoxvirus; zoonoses.

For citation: Supotnitskiy M. V. Alaskapox amid New Orthopox Viral Infections. Journal of NBC Protection Corps. 2024;8(2):122–134. EDN: wjbzqr.

https://doi.org/10.35825/2587-5728-2024-8-2-122-134

В 2015 г. у жительницы Аляски была выявлена болезнь, проявившаяся кожным поражением, похожим на оспенное, сопровождающаяся лимфаденопатией, лихорадкой, усталостью, артралгией и миалгией.

Выделенный из очага поражения вирус на основе секвенирования генома был отнесен к семейству Poxviridae — крупных вирусов с двухцепочечной ДНК, способных заражать широкий круг животных-хозяев, от насекомых до позвоночных, к роду ортопоксвирусов (Orthopoxvirus, OPXV), включающему вирус натуральной оспы (VARV), вирус вакцины (VACV) 1, вирус коровьей оспы (CPXV), оспы обезьян (MPXV) и ряд других, вызывающих инфекции у человека и животных, сопровождающиеся характерной сыпью.

Новый вирус получил название — вирус оспы Аляски (Alaskapox virus, AKPV) [3], другое название — вирус бореальной (т. е. таежной) оспы (Borealpox virus, BPV) [4]. Позже были зарегистрированы еще пять самокупировавшихся случаев аналогичной болезни среди людей с подтверждением AKPV. Все они локализовались в одном географическом регионе — в лесистой местности в центре Аляски, вблизи города Фэрбенкс, в районе Фэрбенкс-Норт-Стар 2.

Однако седьмой случай привлек внимание эпидемиологов тем, что он стал первым, приведшим к длительной госпитализации и смерти пациента в январе 2024 г.; в отличие от предыдущих, его обнаружили более чем на 500 км южнее Фэрбенкса — на южном побережье Аляски, на полуострове Кенай 3 [5, 6].

Цель исследования — обобщить имеющуюся информацию о природе и опасности для людей AKPV и его эпидемическом значении в контексте других активизировавшихся ортопоксвирусов.

Материалы и методы. Для исследования использовались англоязычные источники, доступные через базы данных PubMed и Google Scholar. Первичный поиск публикаций проводился с помощью логических операторов: Alaskapox Infection; Alaskapox; Alaskapox virus; Orthopoxvirus Alaska; Borealpox virus.

Ручным поиском и исследованием библиографии найденных источников отбирались работы, релевантные цели исследования. После удаления дубликатов и нерелевантных источников осталось 29 статей. Их анализ проводился от частного к общему, т. е. сопоставлением свойств AKPV с аналогичными свойствами других известных ортопоксвирусов.

Для достижения цели исследования решались следующие задачи:

• обобщалась информация по клинике болезни, вызванной AKPV;
• систематизировалась информация по строению генома и таксономии AKPV;
• анализировалась информация по активизировавшимся после ликвидации натуральной оспы другим ортопоксвирусам и по их использованию для имитации эпидемий.

Клиника болезни

Первые шесть случаев AKPV, зарегистрированные в Фэрбенксе, Аляска, привели инфекционистов к выводу, что оспа Аляски — это самокупирующееся заболевание, проявляющееся кожными поражениями, а также наличием общих симптомов, таких как лимфаденопатия, лихорадка, чувство усталости (астения), артралгия, миалгия.

Поражения кожи при AKPV морфологически похожи на поражения кожи при других ортопоксвирусных инфекциях (VARV, VACV, MPXV и др.). Возникают немногочисленные эритематозные пупковидные, везикулярные или пустулезные высыпания с окружающей эритемой. Развитие поражений происходило в течение 3–6 недель с образованием язв, корок; госпитализация никому из заболевших не потребовалась.

Картина болезни седьмого случая (больной с лекарственной иммуносупрессией) отличалась от предыдущих более тяжелыми общими симптомами, большим сходством с натуральной оспой и необратимостью инфекционного процесса, приведшего пациента к смерти [3, 5].

Ниже приведены описания первого и седьмого случаев.

Первый пациент. 29 июля 2015 г., женщина средних лет, проживавшая с мужем и детьми в лесистой местности с низкой плотностью населения в пределах 50 миль от Фэрбенкса, обратилась в клинику неотложной помощи в Фэрбенксе с основной жалобой на подозрение на укус паука на правом плече. Она сообщила, что в течение 5 дней до обращения за помощью у нее наблюдались лихорадка, усталость, недомогание и болезненность лимфатических узлов. В ее истории болезни был отмечен только гипотиреоз. Она отрицала какие-либо недавние контакты с другими больными людьми, поездки за пределы штата или рецидивирующие кожные инфекции. Была ли проведена вакцинация против натуральной оспы, пациентка не помнила. Шрама от вакцинации у нее не было.

Осмотр врача подтвердил наличие поверхностной язвы диаметром около 1 см и двух соседних пузырьков меньшего размера диаметром около 2 мм на задней верхней поверхности правого плеча пациентки. Изъязвление сопровождалось локальным уплотнением, повышением температуры и болезненностью, но не имело флюктуации или выделений. Одиночная линейная полоска эритемы распространялась вперед по правому плечу пациентки и назад к верхней части грудной клетки с правой стороны, не пересекая срединную линию. Ее врач пришел к выводу, что распространение эритемы соответствовало дерматому пятого шейного нервного корешка 4, что вызвало опасения по поводу вирусной инфекции. Врач удалил везикулу, взял мазок и отправил образец мазка в вирусологическую лабораторию общественного здравоохранения штата Аляска для посева и диагностического тестирования [3].

Образец мазка был помещен в культуру клеточных линий MRC5, HEp-2 и RMK 3 августа, и к 10 августа цитопатические эффекты наблюдались во всех трех культурах. Результаты как прямого флуоресцентного теста на антитела к вирусу простого герпеса, так и теста полимеразной цепной реакции (ПЦР) на вирус ветряной оспы (проведенного в Департаменте общественного здравоохранения Калифорнии) были отрицательными.

17 августа изолят клеточной линии MRC5 был отправлен в Лабораторию общественного здравоохранения штата Аляска, где результаты ПЦР-тестов на ортопоксвирус, не специфичного для натуральной оспы, и специфичного для натуральной оспы, оказались отрицательными; однако общий ПЦР-тест на ортопоксвирус дал положительный результат.

24 августа исходный образец мазка и 3 изолята клеточной культуры были отправлены в лабораторию поксвирусов CDC, где ПЦР-анализ на ортопоксвирус показал положительные результаты. Выделенный вирус получил обозначение — AK2015_poxvirus. Электронно-микроскопическое исследование клеток, инфицированных AK2015_poxvirus, показало характерные для ортопоксвирусов морфологические характеристики [7] и наличие различных морфологических форм AKPV (рисунок 1).

Образец сыворотки крови пациентки также дал положительный результат на ранние антитела (IgM) к ортопоксвирусу. Для полного разрешения кожного поражения потребовалось около 6 месяцев. Никаких доказательств передачи вируса от основного пациента к людям, находившимся с ним в контакте, не зарегистрировано. В окружающей среде, на фомитах 5 и у отловленных возле дома животных обнаружить AKPV не удалось.

Седьмой пациент. Пожилой мужчина с полуострова Кенай, в анамнезе — лекарственная иммуносупрессия. В сентябре 2023 г. он заметил болезненную красную припухлость в правой подмышке. В течение следующих шести недель несколько раз обращался к врачу, ему прописывали антибиотики. Пункционная биопсия не выявила признаков бактериальной инфекции, но пациент почувствовал усиливающуюся боль в правом плече, переросшую в целлюлит. 17 ноября его госпитализировали. На теле были обнаружены четыре небольших очага, похожих на оспенные. Рана после биопсии не заживала, выделялось обильное серозное вещество. Пациента перевели в больницу Анкориджа [6, 8].

Первоначальные анализы предположили коровью оспу, но CDC выявили AKPV. Пациенту назначили противооспенный иммуноглобулин и препараты: внутривенно тековиримат (TPOXX) 6 и бринцидофовир. Сначала состояние улучшилось, но позже развились кахексия, острая почечная и дыхательная недостаточность. Пациент умер 27 января 2024 г. Болезнь длилась пять месяцев и имела необратимый характер [8].

Источник заражения не установлен. Пожилой мужчина жил в изолированном районе и кормил бездомную кошку, которая его царапала. У кошки результат на AKPV был отрицательным, но она могла перенести вирус на когтях от грызуна 7.

Краткое описание случаев оспы Аляски

Таблица 1 – Краткое клиническое описание известных случаев [5]

Примечание: VIGIV – внутривенный иммуноглобулин против вируса вакцины.

Все случаи заражения AKPV зарегистрированы в лесных районах в конце лета и начале осени. Утверждается, что AKPV был выделен от рыжих полевок и землероек. Домашние животные (кошки) также участвуют в распространении 8 [9].

Филогенетическое положение AKPV

Род OPXV содержит две отдельные клады (Старого и Нового Света). OPXV Старого Света включают семь видов: VARV, VACV, MPXV, CPXV, вирус верблюжьей оспы, вирус эктромелии (ECTV) и др. OPXV Нового Света включают: вирус оспы енотов (RCNV), полевки (VPXV) и скунса (SKPV) [10].

Филогенетический анализ AKPV по 9 генам показал, что изолят AK2015_poxvirus представляет собой отдельную линию — сестринскую ветвь монофилетической клады 9, содержащей все ортопоксвирусы Старого Света. Он отличается на 6,1–7,3 % от видов Старого Света и на 12,3–12,6 % — от североамериканских (рисунок 2).

Полный геном AKPV — 210 797 п. н. Он не имеет гомологов C4L 10 и B7R. Семь предсказанных белков похожи на белки поксвирусов Мурманска. Обнаружены доказательства рекомбинации с вирусом эктромелии (ECTV) [3]. Это странно, так как ECTV ранее считался циркулирующим только в Европе [11]. Высокое сходство предполагает либо недавнюю рекомбинацию, либо очень низкую скорость эволюции [10].

Последний пациент имел вирус, филогенетически отличный от изолятов из Фэрбенкса. AKPV, вероятно, сформировался еще до разделения Евразии и Северной Америки. Это говорит о возможности существования природных очагов в бореальных лесах России — от Камчатки до Карелии 11.

Обсуждение

Тема возвращения «старых» инфекций не нова. К источникам новых патогенов относят зоонозные резервуары. Причины их проникновения: урбанизация, вырубка лесов, изменение климата [12]. Пандемия COVID-19 показала, что возможности природы по поддержанию патогенов с пандемическим потенциалом не изучены 12.

Частота OPXV-инфекций за последние 20 лет возросла из-за прекращения вакцинации против натуральной оспы [14, 15] и расширения иммунодефицитного «окна» [24]. Возможен и «разогрев» природных очагов. Вне поля зрения находятся первичные резервуары, такие как почвенные простейшие (Protozoa).

В отсутствие глобального селективного давления наблюдается полиморфизация вирусов семейства [16]. В Бразилии циркулируют две группы VACV [17]. Оспа буйволов (BPXV) в Индии поражает сотни людей [19, 20]. Вирус Ахмета выделен в Грузии в 2013 г. [21]. Верблюжья оспа (CMPV) филогенетически близка к натуральной оспе [22, 23].

J. H. Diaz [24] сформулировал определение ортопоксвирусного синдрома. Он характеризуется продромальным периодом (лихорадка, миалгия) и последующим образованием (в течение недель) пятен, папул, везикул, пустул, язв и корок на фоне лимфаденопатии. При обнаружении синдрома необходимо изолировать пациента в соответствии с МР 3.1.0291-22 14.

Имитационная часть проблемы видна на примере оспы обезьян (MPXV). В 2022 г. произошла пандемия, которую предсказали в 2021 г. на Мюнхенской конференции 15 и в ходе учений NTI 16. Эпидемию вызвал MPXV клады WA, считавшийся малоконтагиозным [25, 26]. Распространению способствовал социальный фактор — гей-мероприятия на Канарских островах 19, где инфекцию не распознали из-за нехарактерной локализации пустул 20.

Существуют данные о планах NIAID по созданию «усиленных» вариантов MPXV 22. Такие работы велись под руководством Э. Фаучи. Аналогичные эксперименты проводились с коронавирусами, результатом чего стал химерный вирус SHC014-MA15 [27]. Эксперименты по «усилению функций» 23 могут проводиться и с AKPV.

Вспышки редких зоонозных патогенов — сигналы об опасных процессах в экосистемах. Появление оспы Аляски может означать наличие очагов в зоне бореальных лесов России. Любые вспышки поксвирусного синдрома в этих регионах требуют изоляции заболевших.

Анализ пандемии оспы обезьян 2022 г. показывает, что технологии социальной инженерии и пропаганды позволяют организовывать пандемии даже с помощью патогенов, считавшихся неспособными к такому распространению. Страх перед термином «оспа» открывает возможности для манипуляций. Как отмечал Ж. Аттали 26, страх перед эпидемиями может заложить основы мирового правительства быстрее, чем экономические причины.

Список источников / References

1. Schrick L, et al. An Early American Smallpox Vaccine Based on Horsepox. N Engl J Med. 2017;377(15):1491–92.
2. Стовба Л. Ф. и др. Эпидемиология оспы лошадей. Новые аспекты. Вестник войск РХБ защиты. 2024;8(2):135–45.
3. Springer Y. P., et al. Novel Orthopoxvirus Infection in an Alaska Resident. Clin Infect Dis. 2017;64(12):1737–41.
4. Douglass N. Borealpox (Alaskapox) virus: will there be more emerging zoonotic orthopoxviruses? Lancet Microbe. 2024.
5. Parker E. R. Emergence of Alaskapox infection: what dermatologists need to know. J Am Acad Dermatol. 2024.
6. Dyer O. Alaskapox: first human death from zoonotic virus is announced. BMJ. 2024;384:q415.
7. Liu L, et al. From crescent to mature virion: vaccinia virus assembly and maturation. Viruses. 2014;6(10):3787–808.
8. Branda F, et al. The emergence of Alaskapox: exploring an unprecedented viral threat. Infect Dis. 2024;56(6):496–8.
9. Hutchinson D, Kunasekaran M. Emergence of novel orthopox virus in Alaska, USA. Glob Biosecur. 2022;4:10.
10. Gigante C. M., et al. Genome of Alaskapox Virus, A Novel Orthopoxvirus Isolated from Alaska. Viruses. 2019;11(8):708.
11. Fenner F. Mousepox (infectious ectromelia): past, present, and future. Lab Anim Sci. 1981;31:553–59.
12. Choi Y. K. Emerging and re-emerging fatal viral diseases. Exp Mol Med. 2021;53:711–12.
13. Ghai R. R., et al. Animal Reservoirs and Hosts for Emerging Alphacoronaviruses. Emerg Infect Dis. 2021;27(4):1015–22.
14. Nalca A, et al. Reemergence of monkeypox: prevalence, diagnostics, and countermeasures. Clin Infect Dis. 2005;41:1765–71.
15. MacNeill A. L. Comparative Pathology of Zoonotic Orthopoxviruses. Pathogens. 2022;11(8):892.
16. Babkin I. V., et al. An Update of Orthopoxvirus Molecular Evolution. Viruses. 2022;14(2):388.
17. de Souza Trindade G, et al. Zoonotic vaccinia virus infection in Brazil. J Clin Microbiol. 2007;45(4):1370–2.
18. Laiton-Donato K, et al. Progressive Vaccinia Acquired through Zoonotic Transmission. Emerg Infect Dis. 2020;26(3):601–5.
19. Gurav Y. K., et al. Buffalopox outbreak in humans and animals. Prev Vet Med. 2011;100:242–7.
20. Kolhapure R. M., et al. Investigation of buffalopox outbreaks in Maharashtra. Indian J Med Res. 1997;106:441–6.
21. Vora N. M., et al. Human infection with a zoonotic orthopoxvirus in Georgia. N Engl J Med. 2015;372:1223–30.
22. Bera B. C., et al. Zoonotic cases of camelpox infection in India. Vet Microbiol. 2011;152:29–38.
23. Стовба Л. Ф. и др. Эпидемиология оспы верблюдов: новые аспекты. Вестник войск РХБ защиты. 2023;7(3):248–60.
24. Diaz J. H. The Disease Ecology, Epidemiology… of Animal Orthopoxviruses. Wilderness Environ Med. 2021;32(4):528–36.
25. Rimoin A. W., et al. Major increase in human monkeypox incidence. Proc Natl Acad Sci USA. 2010;107:16262–7.
26. Alakunle E, et al. Monkeypox Virus in Nigeria: Infection Biology, Epidemiology. Viruses. 2020;12(11):1257.
27. Menachery V. D., et al. A SARS-like cluster of circulating bat coronaviruses. Nat Med. 2015;21(12):1508–13.
28. Fleming R. M. Is COVID-19 a bioweapon? A scientific and forensic investigation. 2021.
29. Шрайер П. Хроника объявленного кризиса. Как вирус смог изменить мир. М., 2022.
30. Супотницкий М. В. Современные подходы в области молекулярной генетики вирусов Coronaviridae. Вестник войск РХБ защиты. 2021;5(3):217–35.

Примечания

1. Вирус осповакцины (вакцинии) — искусственно поддерживаемый вирус, источник вакцины. Анализ ДНК 1902 г. показал, что он на 99,7 % похож на вирус оспы лошадей [1, 2].

2. Fairbanks North Star Borough, Alaska. Wikipedia.

3. Kenai Peninsula. Wikipedia.

4. Дерматом — участок кожи, сенсорные нервы которого направляются в один корешок спинномозгового нерва.

5. Фомиты (fomites) — предметы, контаминированные патогенами.

6. SIGA Receives Approval from the FDA for Intravenous (IV) Formulation of TPOXX®.

7. Jiménez J. Man Dies in First Known Fatal Case of Alaskapox. NYT. 2024.

8. В оригинале эту работу найти не удалось. Данные взяты из [5].

9. Монофилетическая группа (клада) — включает предка и всех потомков.

10. C4L hypothetical protein [Vaccinia virus]. NCBI.

11. Бореальные леса (тайга) — крупнейший биом на Земле.

12. Относительно SARS-CoV-2: на начало 2019 г. были известны 22 вида Coronaviridae, патогенных для людей и животных [13].

13. Нейрогенный мочевой пузырь — нарушение функций мочевого пузыря.

14. Методические рекомендации МР 3.1.0291-22 «Рекомендации по организации противоэпидемических мероприятий при выявлении больных оспой обезьян».

15. Результаты учений 2021 г. в партнерстве с Мюнхенской конференцией по безопасности. NTI:bio.

16. Сценарий учений NTI 2021 г.: пандемия оспы обезьян, начавшаяся 15 мая 2022 г. из-за террористической атаки сконструированным патогеном.

17. Our World In Data. Mpox.

18. Индекс репродукции вируса ($R_0$) — среднее количество новых случаев от одного больного в неимунной популяции.

19. Гордость Маспаламаса — туркомплекс на Канарах.

20. Расследование связи оспы обезьян с вечеринками на Канарах. NBC News. 2022.

21. Там же.

22. Отчет Конгресса США о планах NIAID по созданию мутантного вируса оспы обезьян. Daily Mail. 2024.

23. «Усиление функций» (Gain-of-Function) — придание возбудителю свойств, делающих его более опасным [28].

24. Речь об усилении экспрессии генов, отвечающих за репликацию и противодействие иммунной системе.

25. Аналогичные эксперименты декларировались NIAID в течение 20 лет работы с коронавирусами [27, 30].

26. Цитируется по [29].

• Ортопоксвирусы
• Оспа
• Эпидемиология